Рубрики


« | Главная | »

Портрет идеальной русской женщины (в романе А.С.Пушкина «Евгений Онегин»)

Автор: Раиса Фёдоровна | 18 Фев 2010


Итак, она звалась Татьяной,
Впервые именем таким
Страницы нежные романа
Мы своевольно освятим.

Так начинается наше знакомство с любимой героиней Пушкина. Автор нарочито дает своей героине имя Таня. Если в наше время это имя по характеру для нас ничем не отличается от остальных женских имен, то в тогдашних романах это имя было необычным. Простонародным, простым, деревенским, вроде Акулина, Прасковья, Матрена.

Пушкин не только назовет свою героиню самым простым, русским именем Таня, она станет для него больше – идеалом русской женщины. Тем идеалом, с которым после «Евгения Онегина» будет соизмеряться все положительное в женщине – и в жизни, и в литературе.

Что же делает Татьяну идеалом русской женщины? Как должен выглядеть портрет пушкинской идеальной женщины? В моем представлении это должен быть тип простой, обыкновенной русской девушки, провинциальной «барышни», лишенной по внешности каких бы то ни было необычных, броских, из ряда вон выходящих черт. Но в то же время она должна быть удивительно привлекательной и поэтичной. И Татьяна действительно такова, вовсе не красавица:

Ни красотой сестры своей,
Ни свежестью ее румяной
Не привлекла б она очей.

И в начале романа, и в конце, где Татьяна уже петербургская знатная дама, «законодательница зал», «равнодушная княгиня, Пушкин не забывает нам напомнить: «Никто б не мог ее прекрасной назвать…». Но, тем не менее, автор глубоко симпатизирует ей, сочувствует:

Простите мне: я так люблю
Татьяну милую мою
…………………………..
Татьяна, милая Татьяна!
С тобой теперь я слезы лью.

Пусть в ней нет той броской внешней красоты блестящих петербургских красавиц, она была «беспечной прелестью мила». И эта прелесть была не в ее внешней красоте, а в ее нравственной чистоте, простоте, душевном благородстве. Это существо, возвышенное, глубокое и идеальное. Из всех героев романа именно Татьяна, любимая героиня Пушкина, особенно близка к природе. А ведь внутренняя близость к природе указывает на нравственное здоровье человека. Татьяна не только близка к природе, она душевно срослась с ней. Вот Татьяна идет в деревню, где еще недавно жил Онегин:

Был вечер. Небо меркло. Воды
Струились тихо. Жук жужжал.
Уж расходились хороводы;
Уж за рекой, дымясь, пылал
Огонь рыбачий.

Татьяна осматривает дом Онегина… И снова мир природы неразлучен с ней:

Татьяна долго в келье модной
Как очарована стоит.
Но поздно. Ветер стал холодный
Темно в долине, роща спит…

Готовясь к отъезду в Москву, Татьяна прощается с самыми дорогими для нее родными местами.

Она, как с давними друзьями,
С своими рощами, лугами
Еще беседовать спешит.

Для Татьяны природа озарена каким-то поэтическим светом, в ней, природе, она ощущает особую душевную гармонию.

Ей присуща и высокая культура чувств: ее сердце открыто для сочувствия, для любви. В деревне своей она и бедным помогала. Истинно любовные, близкие отношения связывают ее с няней. Ей, простой женщине, доверяет Татьяне свои чувства, рассказывает о своей любви к Онегину. Для нее характерна внутренняя близость к народным основам жизни:

Татьяна верила преданьям
Простонародной старины,
И снам, и карточным гаданьям,
И предсказаниям луны…

Как все простые русские девушки, на святки гадала. Душа Татьяны сроди душе естественного, народного человека. Воспитанная в патриархальной помещичьей семье, в которой наряду с «привычками милой старины» не последнее место занимали еда и питье, и русское хлебосольство, Татьяна жила своим внутренним миром. Она любила «на балконе предупреждать зари восход», наблюдать ночную тень, как «всходит постепенно день». Однообразие окружающей жизни не удовлетворяло пытливый ум Татьяны. И эту другую жизнь она находила в романах:

Ей рано нравились романы;
Они ей заменяли все…

И своего будущего избранника она представляла похожим на героя романа. Таким героем ей показался Онегин:

Ты чуть вошел, я вмиг узнала,
Вся обомлела, запылала
И в мыслях молвила: вот он!

«Татьяна, милая Татьяна!.. Она видит все в поэтическом свете, она смотрит на мир большими и очарованными глазами. Она еще не понимает, насколько гармония ее душевного мира, нравственная чистота ее противоположны миру Онегина. В своей милой простоте «она не ведает обмана и верит избранной мечте». А пока Татьяна шепчет снова и снова: «Я влюблена. Оставь меня: я влюблена». Подавив в себе стыд и страх, она признается в любви Онегину. И вот:

Письмо Татьяны предо мною;
Его я свято берегу
Читаю с тайною тоскою
И начитаться не могу.

Как тонко, нежно, трогательно – поэтически выражает Татьяна свои чувства Онегину:

Другой!.. Нет, никому на свете
Не отдала бы сердца я!
То в высшем суждено совете…
То воля неба: я твоя…

Но вместо ответного чувства Татьяна должна выслушать резкое объяснение, проповедь Онегина. Любовная катастрофа станет для Татьяны тяжелым нравственным испытанием, принесшим ей безотрадную тоску, страдание, разочарование

…Татьяна увядает,
Бледнеет, гаснет и молчит!
Ничто ее не занимает,
Ее души не шевелит!

Но в отличие от Онегина, для которого разочарование обратилось в апатию, «тоскующую лень», Татьяна – русская душою – с человеческим достоинством перенесет его. Во всяких проявлениях жизни она одна и та же – натура цельная, верная, устойчивая. Даже став важной светской дамой, «законодательницей зала», в котором собирается самое избранное светское общество, Татьяна равнодушна к этой роскоши, блеску и к своей знатности. Она по-прежнему та же русская «барышня» по имени Таня, которая готова променять:

Всю эту ветошь маскарада,
Весь этот блеск, и шум, и чад
За полку книг, за дикий сад,
За наше бедное жилище…

Мысли Татьяны, теперь уже знатной светской дамы, по-прежнему устремлены туда: «в деревню, к бедным поселеньям, в уединенный уголок, к своим цветам, к своим романам…».

И вот кульминационная сцена – сцена последнего объяснения с Онегиным. Теперь урок жизни должен выслушать Онегин. И этот урок никак нельзя сравнить с онегинской проповедью. Это речь любящей и оскорбленной женщины. Но в ней – ни того холодного чувства, ни резкого тона. Наверное, трудно найти что-нибудь равное в художественном отношении по искренности, нежности и пылкости волнующей речи Татьяны. В ответ на любовные признания Онегина Татьяна скажет:

Я вас люблю (к чему лукавить?)
Но я другому отдана;
Я буду век ему верна.

Вот она, высокая нравственная сущность и красота души Татьяны. Вот он, портрет пушкинской идеальной женщины. Татьяна признает, что, может, неосторожно поступила, выйдя замуж не по любви. Но она сама сознательно пошла замуж. Не потому, что ее «молила мать», а потому, что после Онегина для нее «все были жребии равны». «Но я другому отдана…» Это не выражение покорности женской судьбе, не слова смирения. Это высокое душевное благородство. Это чувство долга. Это – выражение здоровой нравственной природы, органической цельности характера.

В отличие от Онегина, Татьяна думает не только о себе. И даже больше всего не о себе. В этом и заключается нравственное величие Татьяны, роднящее ее с высоким народным типом. Это и делает ее идеалом русской женщины.

Татьяна полюбила Онегина – человека неудовлетворенного, разочарованного, страдающего, ищущего. Татьяна именно должна была полюбить человека ищущего, но не могла пойти и не пошла за ненашедшим. Если Онегин выражает, «центробежную» энергию русской жизни, ее неприкаянность и неуспокоенность, то Татьяна – ее «центростремительная сила», верная, нравственно устойчивая, идеальная.

Темы: Пушкин А.С. | Ваш отзыв »

Отзывы

© mir-lit.ru. Копирование материалов сайта разрешено только при установке обратной прямой гиперссылки