Рубрики


« | Главная | »

«Ох, род купеческий!..» (взгляд со стороны на «темное царство» по пьесе А.Н.Островского «Гроза»)

Автор: Раиса Фёдоровна | 10 Мар 2010


Ох, род купеческий, славный род! Русский род. Нрава ты крутого, жестокого. Любишь деньги наживать, да не честным трудом, закабалить бедного стараешься. А как между собой живете? Торговлю друг у друга подрываете, и не столько из корысти, сколько из зависти. Враждуете друг на друга. Ни мира между вами, ни согласия. Так уж повелось в роду вашем, купеческом. Вечная война между вами. И война у вас особого рода.

Ведете вы ее изо дня в день, даже сами не всегда подозреваете, что находитесь в состоянии войны: настолько она стала для вас естественным состоянием. И изматываете вы своего противника жестоко и безжалостно. В вашей войне булавочные уколы бывают чаще, чем ножевые раны, а самоубийства чаще, чем убийства. Давно ты появился на свет белый, род купеческий. Давно ты ходишь по нему, да мало рассказываешь о себе. И в людных местах не встретишь тебя. Разве по праздникам пройдешься по бульвару нарядом своим щегольнуть.

А что бы тебе не гулять, не дышать свежим воздухом? Работой ты не занят. Так нет. Отгородился ты от мира людского заборами высокими, заперты на большие замки ворота твои; собаки спущены, покой твой охраняют. И не от воров ты запираешься, а от людей, чтоб не видели они, сколько слез проливается за твоими заборами. Не любишь ты выносить сор из избы. Не любишь… И все у тебя, вроде, шито да крыто – никто ничего не видит и не знает, один бог видит да молчит. Но неспокойно на душе у тебя. Боишься ты грозы, а раскаты ее уже раздаются; тучи грозовые нависают над тобой. Боишься ты грозы, как кары небесной. И есть за что, грешен твой род купеческий. Ой, как грешен!

Потому что от устоев твоих волком все воют. Ты норовишь ограбить сирот, родственников, племянников. Ты тиранишь домашних, а они против тебя и пикнуть не смеют. Вот потому грозой тебе и кажется гроза.

А вот слышится и скрип калитки, вслед – тяжелый звон замков. Начинается день. Просыпается в домах купечество. Просыпается, чтоб возрадоваться наступающему дню, солнцу. А места – то здесь поистине дивные. Бла – алепие, бла – алепие! Красота вокруг неописуема. Общественный сад на высоком берегу Волги. А там – такой сельский вид открывается взору. Жить бы да радоваться. Раздолье вокруг. Душа песни просит. И она слышится. Широкая, раздольная, русская: «Среди долины ровныя, на гладкой высоте…»

Но кто это там руками размахивает? Савел Прокофьевич Дикой! Самое значительное лицо в городе Калинове, богатый купец. Типичный русский самодур. И фамилией награжден говорящей, потому что диким, необузданным, свирепым человеком называют его калиновцы. Всемогущим себя считаешь, не боишься, никого, потому что знаешь – у кого деньги, тот и силен.

Вот и травишь ты домашних своих. Достался тебе на жертву и племянничек Борис, заездил ведь в конец его. Пронзительный ты мужик, Савел Прокофьевич. Все угождать тебе должны. А кто ж тебе угодит, коли, у тебя вся жизнь основана на ругательстве? А до чего домашних своих довел? По чердакам да чуланам прячутся от гнева твоего. Каждое утро начинают только с единственной мысли – только бы не рассердить тебя. А не рассердить тебя никак практически невозможно, сердишься ты по поводу и без него. У тебя только заикнись о жаловании, тут же изругаешь на чем свет стоит. Для тебя же деньги «нутренную» разжигают, сердце, видишь ли, у тебя такое. Знаешь, что должен отдать, а добром не можешь. Не можешь, потому что в деньгах твоя сила. Потому и бесчинствуешь ты, никому отчета не даешь в своих поступках. Что тебе честного самоучку Кулигина обозвать разбойником, червяком. Твой нравственный принцип: «Захочу – помилую, захочу – раздавлю». И кто с тобой судиться станет, если ты самого городничего по плечу хлопаешь. Кто ж тебе запретит! Все должны покоряться тебе! Воюешь ты всю жизнь с домашними, требуя от них покорности. Но придет, самодур русской жизни, и твой черед. Гроза – то в наказание посылается. Найдется и на тебя сила, которая ответит на твою. Недалек тот день. А пока что идет самый богатый купец Калинова к своей куме Марфе Игнатьевне, чтоб разговорила она его. Чтобы сердце у него прошло.

А вот, извольте, и Марфа Игнатьевна Кабанова. Кабанихой тебя зовут калиновцы. Богатая купеческая вдова. Есть в тебе что – то монолитное, монументальное. И идешь ты, как плывешь, чинно, важно.

А как же! Кто тебе ровня в этом городишке? Разве только кум Савел Прокофьевич. Дикой – самодур, но и тот с тобой не сравнится. Тот накричит, в припадке гнева даже и прибить сможет, да и отойдет. А ты …Кричать! Боже упаси! Нет, ни крика, даже голоса не повысишь, ты просто будешь точить свою жертву, как ржа железо, пока не сведешь ее со света. Набожна ты, за каждым словом: «Господи прости и согрешить недолго». Набожна, а греха не боишься. Ханжа ты, Марфа Игнатьевна. Нищих наделяешь, странниц у себя принимаешь, а домашних поедом заела. Все у тебя по домострою: жена должна «убояться» мужа, при расставании – «выть» должна, в ноги мужу падать. А муж – приказывать жене должен. Порядок – любишь повторять. На твоем порядке, считаешь, и дом держится. Для порядка ты и беспомощной, обиженной, глупой старухой прикинуться можешь, а уж невестку свою тиранством затравила, почувствовала, что эта хрупкая, нежная душа, коли захочет, и отпор может дать. Не по нраву тебе это… против воли твоей…Вот и бесишься, чувствуешь, что грозой в воздухе уже запахло. Вот и люди ради скорости «огненного змия» придумали. И странница Феклуша о том же говорит: «Последние времена, матушка Марфа Игнатьевна, последние, по всем приметам последние». И время – то за ваши грехи все короче и короче для вас становятся, а грозовые раскаты душевной грозой отзываются.

А пока еще здесь мрак, здесь страшно жить. Страшно потому, что заведомо знаешь: следовать твоим порядкам – значит стать таким, каким ты сделала своего тихого Тихона. Лишила его способности не только жить своей волей, он даже думать против твоей воли не смеет.

А Варвара, дочь твоя… Усвоила нравы вашего купеческого мира – «лишь бы шито да крыто было».

Вот горе только тому, кого тебе, матушка Марфа Игнатьевна, не удается сломить, подчинить своей воле. Уж тогда берегись! Как по пословице: «Коса нашла на камень». И тогда – то случаются у вас самоубийства. Вот только сломить хрупкий, мягкий характер невестки тебе не удалось.

«Лучше не жить, чем так жить!! – эти слова Катерина уже в наказание бросила тебе. И еще, Марфа Игнатьевна… Все чаще в Калинове почему – то случаются грозы. А кум ваш, Дикой, утверждает, что «гроза – то в наказание посылается, чтоб чувствовали…»

Темы: Островский А.Н. | Ваш отзыв »

Отзывы

© mir-lit.ru. Копирование материалов сайта разрешено только при установке обратной прямой гиперссылки