Рубрики


« | Главная | »

«Любовь заключает весь смысл – всю вселенную» (сочинение по повести А.И.Куприна «Гранатовый браслет»)

Автор: Раиса Фёдоровна | 26 Апр 2010


Вечная тема литературы… Тема любви. Кажется, что о ней не только в русской, но в мировой литературе сказано все. Но нет, потому и называют тему любви – вечной. «Любовь заключает весь смысл жизни – всю вселенную», – скажет о любви Куприн. К ней вновь и вновь возвращаются писатели, она особенно волнует нас, юных читателей.
У любви тысячи аспектов, и в каждом из них – свой свет, своя печаль, свое счастье и благоухание. Повесть Куприна «Гранатовый браслет» можно назвать вдохновенным гимном во славу подлинной любви, которая сильнее смерти.

«К началу сентября погода вдруг резко и совсем нежданно переменилась. Сразу наступили тихие безоблачные дни, такие ясные, солнечные и теплые, каких не было даже в июле. На обсохших сжатых полях, на их колючей желтой щетине заблестели слюдяным блеском осенняя паутина. Успокоившиеся деревья бесшумно и покорно роняли желтые листья». Таким пейзажным описанием южной приморской осени начинает Куприн свой рассказ о трагической и единственной любви. И все это сообщает нашей душе особый эмоциональный настрой, особую тихую душевную безоблачность. Мы вместе с героиней радуемся наступившим прелестным дням очаровательной осени. Но «прощальная краса» осени кратковременна. И появляется в душе предчувствие, ожидание чего-то.
Это предчувствие чего-то усиливает бетховенская «Апассионата», взятая в качестве эпиграфа. Он настраивает нас на то, чтобы слушать сонату Бетховена – величественное, романтически приподнятое размышление о даре жизни и любви.
Обращает внимание смысл заглавия повести. Ведь Вера получила в подарок от бедного чиновника золотой, низкопробный браслет. Почему-то у Куприна он превращается в гранатовый? И почему именно в гранатовый?
Не спеша развиваются события в повести. Идут приготовления к именинному обеду. А вот и сама именинница – княгиня Вера. Она всегда любила день своих именин, потому что всегда ожидала от него чего-то счастливо – чудесного. И наступившее утро, кажется, ожидание это оправдало. Вера Николаевна получила на именины драгоценный подарок от мужа – серьги из грушевидных жемчужин. И хотя у княгини Веры «прежняя страстная любовь к мужу давно уже перешла в чувство прочной, верной, истинной дружбы», подарку она обрадовалась. Но, оказывается, что и подарок обладает своим таинственным значением. Жемчуг издавна являлся символом духовной чистоты, но, с другой стороны, – недоброго предзнаменования.
Предчувствием именно недобрых предзнаменований пронизано начало повести. Коротка спокойная радость Веры, потому что она то и дело омрачается вроде бы незначительными событиями. Вот Анна, сестра ее, подойдя к самому краю обрыва, заглянула вниз и «вдруг вскрикнула в ужасе и отшатнулась назад с побледневшим лицом». Вот вспомнили о морском петухе, которого утром принес рыбак: «Прям какое-то чудовище. Даже страшно». Вот Вера машинально пересчитала гостей. Оказалось – тринадцать. Она была суеверна и подумала про себя: «Вот это не хорошо!». Вот в разгар карточной игры горничная приносит письмо и браслет с пятью гранатами. И «когда Вера случайным движением удачно повернула браслет перед огнем электрической лампочки, то в них вдруг загорелись прелестные густо-красные живые огни».
«Точно кровь!» – подумала с неожиданной тревогой Вера. Вот почему, начинаем понимать мы, позолоченная цепочка у Куприна превратилась в гранатовый браслет. Внутренняя природа граната обладает волшебными свойствами и таинственными значениями.
Это камень любви, гнева и крови. Он врачует сердце, мозг и память. А носящий его приобретает власть над людьми.
Вот так исподволь, интригуя наше читательское внимание, готовит нас писатель к встрече с любовью. Первое упоминание о любви мы услышим из уст генерала Аносова. Он единственный из гостей Веры правильно понимает, что «настоящей любви нет, любви бескорыстной, самоотверженной, не ждущей награды». Любовь, если она настоящая, «заключает весь смысл жизни – всю вселенную», она требует того же героизма и самоотверженности, что и на поле брани. Он единственный, кто разделяет подлинность чувств «телеграфиста» и отвергает принятую в свете «усредненность».
И вот как неожиданный подарок – поэтический и озаряющий жизнь – среди обыденности, среди «усредненности» устоявшегося быта врывается в повесть любовь. С ее появлением все повествование приобретает совершенно иную эмоциональную окраску. Начинается рассказ, один из самых благоуханных и томительных рассказов о любви, и самых печальных. Характерно, что великая любовь поражает самого обыкновенного человека, гнущего спину за канцелярским столом чиновника контрольной палаты Желткова.
Невозможно без тяжелого душевного волнения читать строки из писем его. Семь лет безнадежной любви. Однажды в цирке случайно увидев в ложе Веру, Желтков скажет себе: «Я люблю ее, потому что на свете нет ничего похожего на нее, нет ничего лучше, нет ни зверя, ни растения, ни звезды, ни человека прекраснее Вас и нежнее. В Вас как будто бы воплотилась вся красота Земли…». И он любил, только желая ей ежеминутного счастья, радуясь ее счастью. Как самую дорогую память, хранил герой платок, который однажды Вера забыла на стуле, ее записку (о, как я ее целовал!), в которой она запрещала писать, программу художественной выставки, «которую она однажды держала в руках».
Он любил, не требуя взамен ничего, принимая свою любовь, как громадное счастье. «Случилось так, что меня не интересует в жизни ничто,… для меня вся жизнь заключается только в Вас». Невольно задумываешься: что это – любовь, сумасшествие. Наверняка любовь. Та, которая случается в тысячу лет – один раз.
И вот теперь Желткову запрещают любить. Но он не в силах сделать это. Любовь сильнее его, сильнее жизни. Выслать в другой город, заключить в тюрьму? «Все равно и там и везде так же я буду любить Веру Николаевну. Остается только одно – смерть. Я приму ее в любой форме». И он принимает.
Вот почему состояние предчувствия не покидало Веру Николаевну с самого утра ее начавшегося дня рождения. «Вероятно, вы с Николаем Николаевичем сделали что-нибудь не так, как нужно», – впервые задумается княгиня Вера. «…Для него не существовало жизни без тебя. Мне казалось, что я присутствую при громадном страдании, от которого люди умирают», – впервые осознает и князь Шеин. Да и сама Вера вдруг поймет, как прав был дядюшка, который еще в день именин сказал: «Почем знать, может быть, твой жизненный путь пересекла настоящая, самоотверженная истинная любовь». Но для этого понадобилась смерть.
А тогда… Подарок мелкого чиновника Желткова не обрадовал ни княгиню, он привел в беспокойство все семейство, включая ее брата Николая Николаевича. Все это привело к трагической развязке, потому что все «не так делали»: и князь Шеин, и Вера, и брат ее Николай Николаевич. Они пытались пресечь чувство любви Желткова к княгине Вере, полагая, что этот «несчастный» не способен на глубокое чувство. Она представлялась им иллюстрированным пером и цветными карандашами в карикатурном альбоме «Княгиня Вера и влюбленный телеграфист». Запугать, пресечь, поставить на место – вот то единственно правильное решение, которое было направлено против бедного чиновника. Князь Шеин безволен и безмолвен. Николай Николаевич действует угрозами, Вера так же не сумела принять дар любви. И ни у кого из них в сознании не возникла мысль о том, что природа истинной любви, такова, что не человек управляет ею, а она управляет человеком.
Опомнятся лишь после смерти Желткова. Поймет вдруг и сама Вера, что и она, и ее родные сделали не так, как нужно. Оправдается ее предчувствие и откроется дар предвидения. А, может, этот дар откроет в ней тот гранатовый браслет, который получила она от бедного чиновника Желткова.
И впервые, получив последнее прощальное письмо, она развернет его с нежностью. Впервые подарит свой прощальный подарок – положит покойному розу – символ не только любви, но и совершенства мироздания.
И вот финал величественной и печальной поэмы о любви… Самая эмоциональная часть рассказа. Вера Николаевна слушает самое лучшее произведение Бетховена – «Аппассионату». Звучат мощные аккорды сонаты, а в нежных звуках ее – жизнь, «которая покорно и радостно обрекла себя на мучения, страдания и смерть. И думает княгиня Вера о том, что мимо нее прошла большая любовь, которая повторяется один раз в тысячу лет».
Невозможно без тяжелого душевного волнения читать конец рассказа с его изумительно найденным рефреном: «Да, святится имя твое!». И этот последний дар Желткова, который не принять может только глухой. Эта щедрость и милосердие проясняют Веру самой себе. Такой она и останется. Это главный дар Желткова, который когда-то в юности увидел подлинность и совершенство Веры, неясные ей самой. Так быстро все объяснить человеку могут только три вещи – любовь, музыка и смерть. Скорбно, торжественно и одновременно умиротворяюще. И Вера принимает в свое сердце все, что пережил и перечувствовал Желтков. Душа героини пробуждается: на лице усопшего Вера читает глубокую важность, блаженную и безмятежную улыбку, «то же самое умиротворенное выражение», как «на масках великих страдальцев – Пушкина и Наполеона».
Любовь – это «великая трагедия». И все же в нашей памяти она остается величественной и сильной.
«Княгиня Вера обняла ствол акации, прижалась к нему и плакала. Дерево мягко сотрясалось, налетел легкий ветер и, точно сочувствуя ей, зашелестел листьями. Острее запахли звезды табака». Это строки из финальной главы. Кольцевое завершение рассказа пейзажной зарисовкой, символизирующей таинственное слияние человека с природой, создающее гармонию человеческих отношений, создающее счастье земного бытия.

Темы: Куприн А.И. | Ваш отзыв »

Отзывы

© mir-lit.ru. Копирование материалов сайта разрешено только при установке обратной прямой гиперссылки